Иранский кризис укрепляет позиции России на энергорынке Азии

Обострение конфликта вокруг Ирана спровоцировало кризис не столько объемов добычи, сколько безопасности маршрутов. Как сообщил директор ЦЭМИ РАН Альберт Бахтизин, любая дестабилизация в узловых точках вроде Ормузского пролива мгновенно бьет по глобальной экономике, заставляя рынок переходить к локальным энергетическим контурам.

Трансформация глобальных маршрутов

Через Ормузский пролив традиционно проходит около 20% мировых поставок нефти и СПГ. Однако текущая эскалация делает морской путь через Персидский залив рискованным. По словам Бахтизина, мировая энергетика сегментируется на три макрорегиона:

• Американский: ориентирован на ресурсную самодостаточность;
• Евразийский: формируется вокруг России и Китая с общим населением около 1,7 миллиарда человек;
• Западноевропейский: характеризуется дефицитом ресурсов и критической зависимостью от внешнего импорта.

В этой системе Россия занимает стратегическое положение, обладая развитой инфраструктурой и прямыми сухопутными коридорами в Азию, которые не зависят от морской блокады.

Последствия блокировки пролива

Ситуация обострилась после заявления командования КСИР Ирана о запрете на движение танкеров и коммерческих судов через пролив. Проблемы с экспортом уже подтвердили в Багдаде: министр иностранных дел Ирака Фуад Хусейн в ходе беседы с Сергеем Лавровым сообщил о трудностях с отгрузкой иракской нефти.

На фоне перебоев в Персидском заливе значение северных маршрутов растет. В условиях, когда котировки зависят от географии и стабильности коридоров, наличие защищенной сухопутной инфраструктуры становится главным конкурентным преимуществом Москвы на азиатском направлении.